Наверное, самым удивительным результатом
этих кросс-культурных исследований оказалось то,
что фантазия и подражательные игры, столь широ-
ко развитые в одних обществах, полностью отсутст-
вуют в других. Экономические факторы, влияющие
на количество и разнообразие купленных игрушек
и на количество свободного времени, почти навер-
няка не имеют к этому отношения. Дети из Тайры
не получают игрушек от родителей, но это не
мешает им компенсировать это своими силами; кроме
того, их игра в звукоподражание, пожалуй, самая
разнообразная и образная из всех. Возможно, для
детских игр важнее всего уровень развития традици-
онной культуры общины, и то, насколько она явля-
ется неотъемлемой частью жизни взрослых.
Исследователи, жившие в Ньянсонго, только
дважды за 2 года видели, как дети играли в
образные или подражательные игры. Один раз
6-летний мальчик соорудил ярмо, в которое впряг
младшего брата, другой раз 10-летний пастух пост-
роил дом из камыша. Жизнь детей и их родителей
однообразна, у них почти нет контактов за предела-
ми семейного круга. В общине почти нет социаль-
ной жизни, кроме празднования обряда инициации,
пивных собраний и редких игр в футбол среди
мужчин; нет никаких развлечений. Существуют
традиционные музыкальные инструменты и танцы,
но о них не часто вспоминают. Даже украшений в
Ньянсонго почти нет.
Это, бесспорно, контрастирует с разнообразием
развлечений у взрослых на Окинаве (см. выше) и
преобладанием подражательных и образных игр у
детей, особенно в возрасте от 4 до 10 лет (в 10 лет
девочки считаются достаточно взрослыми, чтобы
заниматься работой по дому). Они играют в ,дом”
на берегу, во дворе, в нежилых домах, продают и
покупают придуманные товары “в магазине”, гото-
вят различную “еду” и т. д. Девочки носят с собой
детишек, вверенных им на попечение, и хотя от
малышей не ждут участия в игре, но иногда они
выступают как “дети” вместо кукол, которых у
девочек из Тайры нет. Девочки изображают своих
матерей, нанося друг другу визиты со всей возмож-
ной церемонностью, подражают материнским голо-
сам и т. д. Мальчики чаще играют в разбойников,
но иногда воображают себя моряками. Мы уже
упоминали, какие разнообразные игрушки они мас-
терят сами.
Дети раджпутов играют в подражательные игры,
но такого разнообразия выдумок у них явно нет.
Девочки дошкольного возраста “выпекают хлеб” из
земли на берегу сельского пруда. Мальчики-до-
школьники подробно представляют себе поле и
поливают его водой. Основная форма развлечения
для взрослых - разговоры, и по вечерам дети
слушают рассказы женщин. Неподалеку расположен
центр исламского обучения, но мы не знаем
точно и не можем ясно представить, пользуется ли
этим культурным наследием сельская община с
идеалами воинов-правителей, и как это передается
детям. Нам нужно узнать гораздо больше, прежде
чем мы сможем с уверенностью делать общие
выводы о распространении и разнообразии образ-
ных игр среди детей в разных обществах. И все же
мы готовы сделать предположение, что содержание
и разнообразие занятий и отдыха взрослых оказы-
вают гораздо большее воздействие на образные
игры детей, чем мы могли бы предположить, исходя
из игр европейских и американских детей. Возмож-
ность жонглировать представлениями и идеями
может заключаться и в самой работе, но ее само-
произвольное проявление, кажется, зависит больше
всего от того, в какой степени этому способствует
окружающая среда.
Английские дети, танцующие по кругу с песней:
“Ring a ring о’ roses,/ A pocketful of posies,/ A-tishoo,
a-tishoo/ We all fall down”, - не знают, что в ней
речь идет о симптомах и действии холеры, -
“Черной смерти” средних веков. Они слышали
песенку, могут следовать ее ритму и простым
действиям в игре, в которую они играют, им
интересно падать и вставать, петь, производить
другие повторяющиеся действия. Как бы там ни
было, “Черная смерть” тоже была “событием”.
Leave a comment